среда, 26 сентября 2012 г.

John Walsh-коллекционер и меценат




Рано или поздно у каждого квилт-художника возникает вопрос, что делать со своими шедеврами. Не слишком приятно несколько месяцев трудиться в поте лица, закончить свой квилт, свернуть его в трубочку и убрать в шкаф. Для того, чтобы продать квилт, да еще за те деньги, которые он действительно стоит, надо быть очень известным художником. Музеи и галереи покупают только у них и очень редко. Крупные фирмы, банки общественные организации время от времени заказывают настенные панно для своих зданий, но во времена кризиса бюджет на искусство урезатся в первую очередь. ТАк же редко покупают арт-квилт просто граждане для украшения жилищ. Как я уже писала, текстиль на стене, да еще и не натянутый на раму многим не нравится, вообще текстиль в интерьере встречается все реже и реже. Минимализм, удобство, сокращение времени на уборку - вот приметы современного интерьера. Ковры на полу и на стенах, скатерти на столах и салфетки на шкафах тоже встречаются все реже и реже. Коллекционируют и покупают текстиль прежде всего сами квилтеры, они чаще всего создают небольшие коллекции произведений любимых художников. И есть несколько коллекционеров, которые, начав собирательство из разных соображений (вкладывание денег, интерес к искусству вообще, интерес к новому медиуму, страсть к коллекционированию), стали настоящими меценатами и влияют на развитие текстильного искусства. Таким коллекционером является в наше время Джон Уолш. Его путь к коллекционированию квилта очень интересен и, на мой взгляд, начинался довольно прагматично и по всем правилам коллекционирования. В журналах и книгах про искусство часто пишут статьи для тех, кто хочет начать составлять коллекцию, но не знает с чего начать. Выбери медиум, выбери тему, ограничь свою коллекцию или временными или тематическими рамками, и самое главное, найди куратора или галерею, которая поможет тебе в отборе произведений и поисках худжников. Так и поступил Джон Уолш и сегодня его коллекция одна из самых значительных, более 90 квилтов, причем многие из них настолько большие по площади, что привезти их в Эльзас в этом году он не смог, помещение оказалось слишком низкое. На фотографии тоже обрезанные получились.
Velda Newman, Hydrangea



О его коллекции много написано , но я все равно пошла на лекцию, даже зная, что ничего нового не узнаю, хотелось посмотреть на мужчину, увлеченного коллекционированием квилта. Лекция длилась 1 час, состояла из слайд-шоу и рассказов о квилтах из коллекции, половину времени занял подробный перевод на французский, хотя в зале, по моим наблюдениям, не было ни одного франкофона)) Вот коротко содержание . Инженер, владелец фирмы по очистке воды, увидел фильм о квилте по телевизору и решил поехать в Кентукки на один из квилт-конгрессов, где собирались знатоки, коллекционеры и художники. Думаю, что в тот момент он как раз и был в раздумьях о том, что же ему коллекционировать. На том же симпозиуме присутствовала Пенни МакМоррис, один из кураторов первой выставки Арт-квилта, автор книги "Арт-квилт" и серии телепрограмм. После лекции Джон подошел к ней и признался, что хотел бы коллекционировать квилт, но не знает с чего начать, более того, ничего не знает о квилте. С того дня Пенни стала куратором его коллекции, помогая Джону в отборе квилтов, знакомя его с интересными художниками. Джон говорит о ней как о своем менторе, который учил его разбираться в квилте и искусстве вообще.
Автор этого квилта Joan Lintault решила решила посмотреть как устроен улей перед тем, как начинать работу и была безжалостно покусана пчелами, 51 укус, по словам Джона.

Две темы стали лидирующими в коллеции-одна из них вода, как то, с чем Джон в качестве гидроинженера всю жизнь имел дело. Он заказывает квилты для своей коллекции и предлагает, чтобы тема работы была так или иначе связана с водой. Он ни в коем случае не диктует свои условия. Художник получает неограниченное время, полную свободу в выборе размера, материалов, цвета. Вода, ведь очень широкая тема. Таким образом он дает возможность для свободного творчества тем художникам, талантом которых восхищается. Вторая линия коллекции берет свое начало от исторической выставки квилта в Америке, когда квилт впервые был показан на стенах музея, а не в качестве одеяла на кровати. После нее многие художники захотели попробовать себя в текстиле. Джону было невероятно интересно проследить переход от одного материала к другому. Для того, чтобы сравнивать работы художников "до" и "после", надо конечно быть хорошо знакомым с художественной жизнью Америки 80-х и 90-х. Здесь, например- работа скульптора Therese Agnew



А здесь-работа квилтера, впоследствии живописца: Rebecca Shore, Night light. Ночные огни и их отражения, уведенные сквозь призму амишевской квилт-традиции

Вверху:Karen Perrine Forest Flowing

понедельник, 24 сентября 2012 г.

Три мушкетера




После последнего путешествия по Франции захотелось перечитать "Трех мушкетеров". Прежде всего потому, что каждое географическое название знакомо с детства и обросло какими-то ассоциациями. Например ставшее нарицательным "Человек из Менга". Рошфор укравший у Д"Артаньяна рекомендательное письмо, настойчиво вспоминался в после того, как я увидела указатель на дороге: Менг-на-Луаре 25км. В милом городке на берегу Луары сразу же бросился в глаза высокий жилой дом, стоящий над каналом-бывшая мельница. Неподалеку два здания с внутренними двориками, которые вполне могли быть гостиницей "Вольный мельник". Навес из толстенных балок, под которым расположилось кафе, вполне мог быть крышей конюшни.











Следующее воспоминание из детства: Анна Австийская в берете с пером цапли. Влюбленный Бэкингем говорит об их первой встрече и описывает ее костюм. Именно из-за таких вот беретов с перьями цаплю почти истребили и она стала прятаться от людей, поэтому подобраться к ней близко, чтобы сделать хорошие фотографии, нам так и не удалось.Хотя именно такую цель я себе придумала, когда выбирала маршрут. Радует, правда то, что цапель стало очень много и встречались они почти каждый день. Вообще и окрестности Сан-Валери и долина Луары-птичий рай.





"Я вижу вас как сейчас. Вы сидели на подушках, по испанскому обычаю. На вас было зеленое атласное платье, шитое серебром и золотом, широкие свисающие рукава были приподняты выше локтя, оставляя свободными ваши прекрасные руки, вот эти дивные руки, и скреплены застежками из крупных алмазов. Шею прикрывали кружевные рюши. На голове у вас была маленькая шапочка того же цвета, что и платье, а на шапочке — перо цапли…"

И наконец, тот маленький рыбацкий городок, в который прибыл Д"Артаньян возвращаясь из Англии с подвесками, Сан-Валери, впоследствии стал довольно популярным курортом. В старом городе сохранились ворота, через которые в город привезли Жанну д"Арк. Скорее всего и Д"Артаньян входил в город через них, пройдя мимо церкви Святого Валери под горгульями. Правда на церкви стоит дата "1633", если это дата ее постройки, то во время посещения Д"Артаньяна ее еще только строили))







"На следующее утро, около девяти часов, бриг бросил якорь в Сен-Валери.
Д'Артаньян немедленно отправился в указанный ему трактир, который узнал по крикам, доносившимся оттуда. Говорили о войне между Англией и Францией как о чем-то неизбежном и близком, и матросы шумно пировали.
Д'Артаньян пробрался сквозь толпу, подошел к хозяину и произнес слово «Forward»."

воскресенье, 23 сентября 2012 г.

Талси-столовая

Самая великолепная комната в замке-столовая. Потрясающие голубые обои chinoiserie не тканые, а написанные по холсту красками, по крайней мере под слоем краски, как мне кажется, видна структура ткани. Я их долго разглядывала утыкаясь носом в стену. На столе карточки с именами гостей, которые уже в 19 веке часто посещали замок: Проспер Мериме, инспектирующий памятники в округе, Александр фон Гумбольдт, Делакруа, Стендаль.
Следующий комната, принадлежавшая двум сестрам, тоже обита тканью похожей на ситец с индийским рисунком, indienne, как ее называли во Франции,  но по виду и расположению цветов скорее всего более поздней.

Талси-спальня Екатерины Медичи

Когда в замок приезжали коронованые особы, хозяйка и хозяин уступали им свои спальни. С тех пор как в этой спальне почивала Екатерина Медичи, ее так и называют-спальней Екатерины Медичи. В отличае от других легенд о якобы проживавших в замках монархах, эта подтверждается историческим фактом-конференция Талси (последняя попытка примирения католиков и гугенотов) проходила именно в этом замке. На старинных открытках спальня изображается иначе. Кровать без занавесей и покрыта светлым покрывалом без крупного рисунка. Кровать, видимо поменяли (задрапировали)позже, хотя при передаче замка государству наследники выставили условие, чтобы антикварную мебель не перемещали в другие музеи. Ткань явно моложе Екатерины Медичи, я бы подумала, что 18 века, китайский стиль Chinoisery был в моде начиная с 17в, но в 18 был особенно распространен. Как всегда, разбирая фотографии жалею о том, что не расспросила работников музея поподробнее. Но из-за отсутстствия посетителей, две веселые тетки курили на завалинке у входа и сплетничали, не хотелось их отвлекать. Зато как приятно будет листать каталоги французских старинных тканей с картинками в поисках этой , с попугаями.


вторник, 11 сентября 2012 г.

Талси, спальня Карла 9


В каждом замке хоть раз останавливался король, королева или наследник престола. В Талси жила Катерина Медичи со своим сыном Карлом 9, когда приезжала на переговоры с протестантами в 1562 году. Две спальни в замке с тех пор называют спальней Карла и спальней Катерины Медичи.Обстановка кажется довольно скромной, но наличие кровати и шпалеры-уже признаки роскоши.





Я не очень хорошо разбираюсь в вышивальных техниках, но в данной ткани 16 века эффект "барджелло" достигается прямым гобеленовым швом или производными "венгерским" и "флорентийским". Похожая ткань украшает кровать 16в. в Сассексе, в замке Парэм, там она описывается как "венгерские" вышитые занавеси
Такая ткань называется в специальной литературе-барджелло, тк барджелло это прежде всего вышивка (уточнение для квилтеров). Но откуда название до сих пор спорят, предположительно от названия тюрьмы во Флоренции (ныне музей). Узор "зиг-заг", которым вышита ткань в отличие от волнообразного барджелло еще сравнивают с языками пламени и называют flame stitch.



Текстиль замка Талси



Талси-самое мое приятное открытие. Едешь в замок , который мало кто знает, ни на что особенно не надеешься, приезжаешь и понимаешь, что все, что видел раньше- декорации для туристов, хотя и с настоящим антиквариатом. Такое же чувство было лет десять назад, когда недалеко от Бордо подруга привезла меня в замок, в котором еще обитали законные владельцы и отпирали двери посетителям во время летнего туристического сезона. Обивка стен двухсотлетней давности, скрипучий паркет, обшарпанные двери и несколько комнат с интерьерами дореволюционных времен. Имею в виду французские дореволюционные времена, конечно. Именно из-за них многие замки оказались разрушенными и разграбленными. Шамбор, например, при огромной площади, имеет не так уж много вещей в своей основной экспозиции. Верхний этаж отдан под выставку современного искусства, абсолютно ничего общего не имеющую с замком и историей. Они, эти дополнительные выставки, призванные охватить большее количество публики, только снижают значение исторических памятников. Вдохнуть в старый замок новую жизнь с помощью ряженых мащущих деревянными мечами или пластиковых обьектов стоящих в центре гостиной и загораживающих шпалеры, ради которых я за вход деньги заплатила, мне кажется бесполезной тратой времени. Но, поворчав, продолжу о Талси. Весь замок был пуст, еще несколько посетителей появились через час после нашего прибытия, фотографируй сколько влезет, даже со вспышкой можно (только в Шенонсо и Шеверни не разрешали снимать со вспышкой, в остальных местах-сколько влезет, вернее сколько успеешь, пока толпа народу не набежала).
Талси построенный в 1520, принадлежал отцу Кассандры, в которую был влюблен Ронсар, кстати, сегодня, 11.09, день его рождения.
Такой вот вход в замок


В первом зале 2 шпалеры 15 века, сделанные на заказ к свадьбе. Рисунок состоит из начальных букв фамилий, фамильных гербов супругов, кайма миль флер и необычная скатерть на обеденном столе.












Два стула у камина:






пятница, 7 сентября 2012 г.

Глаз-алмаз


Посещая музеи я всегда прежде всего обращаю внимание на текстиль. В замке Шамбор одна из комнат была обита такой вот тканью. Музей с репутацией и конечно же текстиль был сделан по образу и подобию исторического, я даже подумала, что именно таким и была обита кагда-то эта самая комната.




Сегодня в другом музее в коридоре напротив открытых окон обнаружились вот такие стулья. Я сначала забеспокоилась ибо солнце палило нещадно, ткань выцветала прямо на глазах. Потом рисунок показался знакомым, потом вспомнился Шамбор, потом понятно стало, что видно на все музеи наткали одинакового полотна по одному образцу. Интересно по какому и была ли это точно обойная ткань или ситец-indienne.



PS Глаз-алмаз две недели не давал покоя. Я перерыла все известные мне электронные библиотеки в поисках образца и вот награда. Очень известная книга о французском текстиле 18 века с картинками сообщает что эта ткань была произведена в Жуи в 1775 году. Картинка совпала. Теперь осталось узнать в музеях все-таки оригиналы или репродукции. Не то, чтобы это было важно, но интересно.